“Будни распознавателя образов” Арсения Жиляева

 

 

Казимир Малевич добавочным элементом супрематизма считал вид на планету Земля если не из космоса, то из воздушного пространства, доступного самолетам. Сам Малевич не мог видеть планету с этой высоты, ведь тогда, в начале 20-го века, это было лишь  мечтой. Но он  проецирует свою точку видения  в другое измерение, и из этой позиции транслирует нам увиденное.

Арсений Жиляев в своем проекте становится на похожую позицию. В попытке продолжить линию, заложенную русским авангардом и прерванную по известным всем причинам, он противопоставляет историю искусства классическую, “конвенциональную”, состоящую из смен стилей, но тем не менее привязанную к  репрезентативности – схеме авангардной, которая была изначально попыткой изменения  самого человека.

Проект Арсения Жиляева похож на музыкальную  партитуру, рассматривать его в отдельности, работу за работой,  невозможно. В чем-то он напоминает театральные партитуры Соломона Некритина,   в нем,  как в музыкальном произведении, есть длинные паузы, есть многоголосие, есть вакуум.

Казимир Малевич в “Супрематизме” пишет: “Приветствую вас, художники, за вашу безъязыкость”, дополняет : “обезвесить все – цель музыки. Для живописца природа тоже масса материи цвета”, и заключает-  “Человек – это то, что должно быть преодолено”.  В произведении Арсения Жиляева мы видим четкую связь с наследием  русского авангарда в его стремлении в воздух, в иные измерения, прочь от оков действительности.

Проектирование музея – произведения, которое пытается восстановить основные составляющие “исчезнувшего”  по легенде художника искусства раскрывает  коды  нашего эстетического восприятия.  Залы, где есть базовые  алгоритмы искусства средневековья, классицизма. модернизма сменяются текстом-линией слов искусственного интеллекта  и позволяют почувствовать человеку, “венцу  природы”, животный страх.

 

Дионисий Ареопагит пишет, что мы “пользуемся доступными нам символами, а от них по мере сил устремляемся к простой и соединенной истине умственных созерцаний… после прекращаем умственную деятельность  и  достигаем сверхсущественного света, в котором все пределы всех разумов”.  В произведении “Будни распознавателя образов” Арсения Жиляева есть тот отрыв от реальности в некое другое мета-пространство, которого так не хватает сейчас в действительности, и ,в современном искусстве,  в частности. И это стремление связывает эту работу Арсения Жиляева  как с опытами первого русского авангарда, так и философией Николая Федорова, а через них со всей духовной традицией русского искусства, и даже больше : ведь палиндром SATOR AREPO TENET OPERA ROTAS впервые появляется в пределах ближневосточных церквей в эпоху раннего христианства.

Слово “образ”, присутствующий в названии проекта является тоже некоторым ключом, который старается расшифровать бортовой компьютер корабля Tenet, а вместе с ним и художник.  От микросхем до пространства света, которым наполнены залы выставки, в которых соединяется вся история образности . “Истинная религия одна – это культ всех отцов  как одного отца” (Н. Федоров).  Глубина, свет и музыкальность  –  вот основные контрапункты этого проекта, который развивается  вне времени  в одновременном  сочетании нескольких мелодических линий.

_____________________

Арсений Александрович Жиляев (род. 26 июня 1984, Воронеж) — российский художник, куратор, теоретик современного искусства. Родился 26 июня 1984 года в Воронеже. В 2006 году окончил факультет философии и психологии Воронежского государственного университета. С 2006 по 2007 год учился в Московском институте проблем современного искусства. В 2010 окончил Школу Изящных Искусств «Валанд» в городе Гетеборг, Швеция. Лауреат VI Ежегодной Всероссийской премии в области современного искусства «Инновация» 2010 в номинации «Новая генерация». Лауреат российской профессиональной премии в области современного искусства «Соратник» 2010 и 2012.

 

×

Comments are closed.